http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/16663.css
http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/48935.css

Любовники Смерти: Эпоха Перемен

Объявление

Погода и время:

5-18 сентября 2006 год. + 18 * днем и + 14* ночью. Утром ветрено без осадков. Днем кратковременные дожди, к вечеру небо вновь прояснится.
Подробный прогноз

Участвуйте в новом конкурсе: Ролевой гигант [август](05.08.18).

Участвуйте в новом конкурсе: Твой супергерой!(27.07.18).

Новая сюжетная ветка: Старое проклятье. Читай и наслаждайся! (15.07.18).

Новый выпуск журнала: ROLE-BASED life. Читай и наслаждайся! (08.07.18).

Новый упрощенный прием: Волшебная акция(30.06.18).

Открыты новые конкурсы: Ролевой гигант, Музыкальные ассоциации (30.06.18).

Вторая партия удалена (30.06.18).

Ознакомьтесь с Новостями форума (16.06.18).

Очередная проверка связи (05.06.18), отметьтесь до 10.06.18!

Не знаешь с кем поиграть? Жми на список персонажей (27.05.18)!

Новые вакансии уже ждут (19.05.18) тебя!

Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Активисты

Админо-модераторский состав


Hogwarts and the Game with the Death= Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Green Woods Дом ЗабвенияВ шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия Zentrum Зефир, помощь ролевым Gates of FATEHouse of Cards

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » Утилизированные локации » г. Валенштайн. Район Джернинкс, дом на Гор-Вест [Новый город]


г. Валенштайн. Район Джернинкс, дом на Гор-Вест [Новый город]

Сообщений 21 страница 24 из 24

21

Николь была так раздражена, что хотела выпалить «да, похож», когда возлюбленный задал ей провокационный вопрос, однако заложенное в ней чувство такта и страх обидеть его все же заставили её прикусить язык. Меньше всего на свете волшебница хотела бы ранить чувства Рейнера, но порой собственные переживания, питаемые страхом, так и норовили вырваться на волю в самой неприглядной форме. Чаще всего ей удавалось сдерживать себя, но такие эмоциональные встряски дорого обходились здоровью.
После слов мага о том, что монстр увязался за ним по дороге, на душе девушки стало гадко. Она почувствовала свою вину и упрекнула себя за предложение воспользоваться порталом. Но здесь, как в пословице: «знал бы, где упасть, соломки бы подостлал». Теперь уже поздно сожалеть о случившемся, необходимо срочно предпринять какие-то действия, чтобы исправить положение.
Когда Рейнер пересек кухню и оказался рядом, девушке хотела только одного – спрятаться в его объятьях, как полевая мышка прячется в цветке от ветра и холода. Она все еще чувствовала досаду, шевелящееся где-то груди, но воздерживалась от её демонстрации. Разве что глаза – зерцало души, – могло рассказать магу о том, что творилось у неё внутри, когда он все же поймал этот «побиты» взгляд, исполненный горечью.
-Я тоже тебя люблю, – сказала Николь, посмотрев в глаза возлюбленному. – Извини меня.
Поцелуй стал тем ответом, который она желала получить, и который мог рассказать ей куда больше любых слов. Вскоре напряжение сковавшее её тело начало отступать. Волшебница растаяла в объятьях Рейнера, как тает масло в объятьях горячего блинчика. В такие моменты он имел над ней почти неограниченную власть. Это была одна из причин, по которой они, если и ссорились, то очень редко. Ощущение близости, дурманящее голову, отодвигало на второй план все разногласия. Недаром же поговорка появилась: «Милые бранятся – только тешатся, а в постели мирятся».
-Ты должен понимать, что это запретный прием, – закрытыми глазами произнесла Николь, когда мужчина разорвал поцелуй. Она облизала губы, на которых еще остался приятный привкус, и старательно изображая укор во взгляде, посмотрела на него, однако получалось у неё так плохо, что не поверил бы ни один зритель. – И все же, мы не закончили, – выражение лица девушки стало более серьезным. – Я про орден. Если ты хочешь и дальше работать на него, то я тоже хочу стать его частью.
Продолжать этот разговор сейчас было бессмысленно, поскольку они бы не пришли к общему знаменателю и потратили бы драгоценное время, которое сейчас было на вес золота. Проведя ладонью по груди мага, сминая пальцами ткань его рубашки, девушка отошла к раковине, в которую он недавно кинул пальцы чудовища.
-Я никогда раньше не сталкивалась с подобным, – призналась Николь, – и, если честно, с трудом себе представляю дальнейшие действия. Сколько вообще миров существует? – она стояла в пол-оборота к нему и красный луч заходящего солнца, скользнувший в окно, придал её волосам медный оттенок. – Где нам искать ответы на вопросы? Если бы мы знали, что это за тварь.
Первое, что пришло в голову девушки, обратиться к знакомому держателю лавки древности, чтобы поискать ответы в старинных книгах, но эта мысль сейчас не казалась ей такой уж умной, поскольку у того был зуб на некроманта, и они могли попросту ничего не найти, а только упустили бы драгоценное время.
-Может призвать духов? Или позвоним мистеру Войцу? Твоему дедушке, – пояснила Николь, чтобы медиум не подумал, будто она предлагает набрать номер его отца.
Привыкнуть к тому, что люди, к которым ты уже привык и которые как-никак стали тебе дороги (вопреки всем их недостаткам), находятся в опасности, было нельзя. Поэтому волшебница искренне переживала за некроманта и корила себя за то, что отчасти стала повинна в случившемся. Если бы она не попросила Рейнера воспользоваться порталом сегодня, то ничего бы не произошло. Уже в который раз это противное «если…» отравляло ей мысли.
-А что с ним сейчас делать? Может быть стоит отвезти в больницу? Не оставлять же все, как есть.

+3

22

-Маленькая воровка книг не желает об этом говорить. Ну хорошо, – кисло усмехнулся Вернон. Закинув таблетку в рот и запив её водой, он вновь облокотился на подушку и с видом заправского ученого принялся листать свою записную книжку.
Временами буквы перед глазами начинали дрожать, но некромант не обращал на это внимание. Он просто тер переносицу и уголки век, после чего картинка на какое-то время вновь становилась четкой. Это немного раздражало, но не так как боль в руке, которая начала проходить далеко не сразу и взволнованное щебетание волшебницы над ухом.
Когда она начала задавать вопросы, которые сыпались из неё, как град с неба, Вернон поднял тяжелый взгляд и пристально посмотрел ей в лицо. В тот короткий момент, когда она все-таки закрыла свой очаровательный ротик, ему все же представилась возможность для того, чтобы ответить.
-По всей видимости яд, – спокойно сообщил он, с интересом наблюдая за сменой выражения на лице Мелизандры. – У наших друзей был незваный гость и пока мы пытались выдворить его в другой мир, откуда он и пришел, ему удалось задеть меня.
Эллингтон понимал, что сам виноват, поскольку повел себя слишком самонадеянно, даже не выработав стратегию для защиты, однако, если говорить по чести особого простора для маневра у него всё равно не было. Враг воспользовался эффектом неожиданности и нанес удар фактически исподтишка.
Когда девушка приложила к его лбу влажную тряпку, он недовольно поморщился, почувствовав, как по виску стекают две холодные капли. В университете к нему в душу закралось подозрение, что она к нему действительно неравнодушна, поэтому он решил оттолкнуть её, чтобы не усложнять еще больше их и без того сложные отношения. Вернон нарочно отталкивал от себя тех, кто начинал испытывать к нему приязнь, уберегая не столько их от разочарования, сколько самого себя.
-С каких это пор ты записалась в сестры милосердия? – стараясь придать своему голосу больше иронии, поинтересовался Эллингтон. – Мы с тобой вроде не такие закадычные друзья, чтобы ты сейчас сидела и вытирала мне пот со лба, – несмотря на дурное поведение, где-то в глубине своей темной души он все равно желал, чтобы его полюбили, но был не готов признаться в этом самому себе. К тому же, еще свежа была рана, появившаяся на сердце два месяца назад.
-Что, голова болит? – уточнил некромант, когда девушка потерла переносицу. – Так там еще достаточно таблеток. Бери, не стесняйся, – покачав головой он уставился на книжечку, которую пролистывал несколько минут назад. – Нет, не нашел. И вряд ли найду, поскольку не помню, чтобы делал там зарисовки из бестиария иных миров. А чего ты так переживаешь? Езжай к себе домой, сделай теплый чай и ложись спать. Я попросил тебя побыть душкой всего минуту, а не сидеть у моего изголовья остаток дня. Вид у тебя неважнецкий, – язвительно заметил маг, специально действуя ей на нервы своей непосредственностью. – Шла бы домой, выпила чего от похмелья и спать. За окном-то вон уже темнеет, не теряй вре....
Очередной укол боли заставил мага поморщиться. Он прикусил язык на полуслове и смежав веки, пропустил воздух сквозь зубы. На миг вся комната перед глазами пошла кругом, а лицо девушки превратилось в кляксу. Но это состояние быстро отпустило его.
-Давай уже, шуруй домой, – более грубым голосом сказал Вернон. Он чувствовал себя очень странно, и это начинало его пугать. Создавалось ощущение, будто внутри него есть кто-то еще, кто также яростно не желает умирает, и этот кто-то пытается взять контроль над его разумом. – Здесь не на что глазеть!

+2

23

- Ты сам ответил на свой последний вопрос. Сестры милосердия не разделяют людей на друзей и врагов, так что, будь так любезен, помолчи, - проговорила девушка, подняв тяжелый взгляд на Вернона. Но Эллингтон был не прошибаем. Голова немного побаливала, а он как назло действовал ей на нервы. Она догадывалась, зачем некромант это делал, ведь никогда не была глупой, но его колкости не изменят ни ее саму, ни ее желания хоть как-то ему помочь. Проигнорировав полностью его остроты про лекарства, похмелье и уж тем более про его просьбу побыть душкой всего минуту, Мэл закатила глаза, намереваясь встать с дивана. Тишина, резко охватившая комнату, заставила Мортель взглянуть на Вернона, который до этого момента болтал без умолку, и вдруг замолчал. На его лице отразилась столько боли, что девушка непроизвольно поежилась. Она застыла на месте, посмотрев на кровоточащую рану.
     - Не командуй, - возразила зеленоглазая, когда некромант начал ей грубить. – Я сама решу, когда мне пора домой. Тем более, это дом Николь, - внутри вдруг вместо жалости и волнения за здоровье брюнета, вспыхнула злость и обида. Она сжала кулаки совсем на мгновение, перевела дыхание и, забрав из мужских рук записную книжку, положила ее на журнальный столик. – Я всего лишь хочу помочь, ничего больше. Как тебе станет лучше, я уеду. Поставив Вернона в известность о своем намерении ему помочь, и дав понять, что она и шагу не сделает за пределы этой комнаты, чтобы он не говорил, блондинка помогла ему спуститься пониже, чтобы он нормально лег. Повязку нужно было сменить, но лучше дождаться, когда мужчина успокоится.
     По истечении нескольких часов девушка выслушала от него столько грубостей, что в самую пору было вызывать амбулаторию. За свою жизнь она не опасалась, но вот состояние Эллингтона ее действительно тревожило. Он то буйствовал, то становился очень тихим. И так на протяжении одиннадцати часов.
     Когда Вернон засыпал, Мэл успевала сменить ему повязку, промывая рану струей антисептика, от чего брюнет непроизвольно морщился во сне. Каждый раз, протирая влажным полотенцем лицо и шею мужчины, Мортель невольно касалась его губ взглядом, тут же отводя глаза в сторону. Ей жутко не нравилось, что она испытывает к нему такие непонятные чувства. Он нарочно ее отталкивал, она же, упорно продолжала делать вид, что не замечает этого. Навязываться ему она точно не станет, но и от чувств, скорее всего, так быстро не откажется. Ей просто нужно время всё обдумать, и она, в общем-то, начала этим заниматься еще вчера, когда ехала из универа домой, но вечером встретилась со своей проблемой лицом к лицу, и поиск ее решения пришлось отложить.
     В руке завибрировал мобильный. Девушка открыла глаза, стараясь понять, что происходит. Осмотревшись по сторонам, она заметила, что Эллингтон еще спит, в комнате горит свет, а за окном всё еще темно. Часы показывали около пяти утра, а сообщение на экране мобильного оповещало о пропущенном звонке. Номер был неизвестным, но девушка всё же вышла в другую комнату, чтобы перезвонить. Никто не отвечал, раздражая Мортель с утра пораньше монотонным гудком. Забив на это дело, и сунув телефон в карман белых спортивных штанов, Мэл увидела, что белая толстовка и штаны не такие уж и белые. Капли крови и йода, которым она хотела обработать края раны Вернона, красовались на белой ткани в виде неряшливых пятен.
     - Вот ведь мельница! – устало возмутилась блондинка, вспоминая, каким образом эти пятна оказались на ее одежде. Вернон не давал ей обрабатывать рану, отмахиваясь от девушки здоровой рукой, как от назойливой мухи. Хоть он и был слаб, но в нем периодически откуда-то появлялась сила, и было это как раз в те моменты, когда Мортель открывала йод. Поэтому, она перестала пытаться это сделать, когда мужчина был в сознании.
     Приведя себя в более или менее божеский вид, умывшись и расчесавшись, блондинка спустилась вниз. В доме было настолько тихо, что это даже немного пугало. Половицы под ногами иногда поскрипывали, производя неприятное впечатление на слух.
     Мэл подошла к дивану, и нависнув над Верноном, посмотрела на его грудную клетку. Не дышит. Она коснулась двумя пальцами сонной артерии на его шее и ей на мгновение показалось, что некромант отправился к праотцам. Это заставило демонолога изрядно насторожиться, и прогнать в голове список всевозможных людей, которым она сейчас может позвонить и попросить о помощи. Но брюнет внезапно очнулся, перепугав Мортель. «Живой...» Она выдохнула с облегчением, внимательно посмотрев в его глаза, в которых от былой злости и грубости не осталось и следа. Налив в стакан прохладной воды, девушка протянула его некроманту.
     - Ты меня напугал до чертиков... Как ты себя чувствуешь?

Отредактировано Мелизандра Мортель (13.03.2018 01:10)

0

24

Чем больше распространялся яд, тем сложнее некроманту было удержать мысли, которые разбредались в голове, словно бездомные кошки, ищущие приют в темных подворотнях сознания. Временами, когда его разум был полностью подавлен и опустошён, он становился похож на безвольную куклу.
В такие моменты во взгляде Вернона полностью отсутствовала глубина и проницательность, свойственная людям не обделённым умственными способностями. Однако внутри него, несмотря на внешнюю заторможенность, происходили сложные процессы.
Став заложником собственного разума, он вновь переживал события из «прошлой жизни», и одолеваемый призраками, чьи лица казалось были уже давно стерты из памяти, пребывал в агонии. Первое видение, посетившее его, было настолько реальным, что, придя в себя, он не сразу понял, что все это время прибывал в полубессознательном состоянии.
Лежа на промокшей от крови траве, ощущая её металлический вкус на своих губах и в носу, Вернон смотрел на заалевшее небо, похожее на испорченное полотно, облитое краской. Он явственно ощущал под пальцами липкую грязь, забивавшуюся под ногти, одежду и в волосы. Но все это не имело никакого значения, поскольку вокруг него лежало еще десяток таких же юношей, облачившихся в кольчугу до своего совершеннолетия, которые уже не могли ничего чувствовать, и осознание того, что у него по-прежнему бьется сердце, давало надежду, что смерть пройдет мимо и не украдет еще одну заблудшую душу.
Вернон чувствовал холод, пронизывающий все тело, который исходил из вне, словно северный ветер гулял по полю, усыпанному трупами, пока где-то неподалеку по-прежнему слышался лязг метала. Те, кто был жив все еще сражались, но у мага не осталось сил, чтобы подняться и взять в руки меч. Боль во всем теле не давала ему возможности пошевелиться, а гул в ушах заглушал стенания умирающих и тех, кто искал путь в вечность. На его губах застыла кривая ухмылка, которая исчезла, когда земля под ним задрожала, а перед глазами всполохом забрюзжал белый свет.
Пробудившись тогда ото сна, Вернон вдруг осознал, что вспомнил свое первое путешествие. Тогда вратами в портал стала кровь. Пробыв в сознании от силы минут десять, он вновь стал заложником своего разума, который продолжал приоткрывать для него дверь за дверью.
Оказавшись у очередного предела, мужчина увидел свою первую любовь – прекрасную, но иссохшую после длительного самоистязания, Изабеллу, в чьих глазах он всегда читал немой упрек. Она ненавидела его за то, кто он есть, и никакие слова не могли изменить её отношения, и того презрения, что она испытывала к нему. Девица померла в кровати у него на руках со словами: Я ухожу в лучшее место, и мы больше никогда не встретимся с тобой, потому что твоя душа будет вечно гореть в адском огне». Эти слова ударили его, как стальной клинок, и опустошив свою боль громким надрывистым воплем, похожим на звериный, Вернон заперся, чтобы пережить утрату в одиночестве, ибо ни в ком больше он не видел своего утешения. Со временем его сердце очерствела, но он оставил маленький клочок для неё.
Его еще много раз пытались ударить словами, но едва ли у кого-то получалось приблизиться к своей цели хотя бы наполовину. Лишь маг, чью жизнь он отнял, чтобы обладать силой и знаниями книги Демонов, на миг напомнил ему каким может быть неприятным от них привкус. «Не мы выбираем судьбу, а судьба выбирает нас», сказав эти слова, чернокнижник попрощался с жизнью, но ушел с улыбкой, будто в ту минуту переложил на чужие плечи тяжелую ношу, от которой желал избавиться долгое время. Тогда Вернон не принял его слова на веру, и бросив на ветер фразу «значит так тому и быть», забрал то, что причиталось. Только потом он еще не раз мысленно возвращался в тот день и размышлял над тем, что значат те слова, Быть может, именно этого и добивался маг?
Еще много видений пришлось ему пережить, прежде чем этот кошмар закончился. Открыв глаза маг обнаружил, что лежит на диване в гостиной дома на Гор-Вест. Он не помнил ничего из того, что происходило в те редкие моменты, когда к нему возвращалась способность двигаться и говорить. Зато те воспоминания, что вернулись к нему за это время, по-прежнему казались отчетливыми и такими настоящими, будто все увиденное им произошло не так давно.
Первой, кого увидел некромант стала Мелизандра.
-Чувствую себя так, будто вернулся с того света.
Поначалу он решил, что она сидела рядом с ним все это время и хотел было на эмоциях отблагодарить её, но она перебила этот душевный порыв своими словами. Волшебница сказала, что все это время находилась на втором этаже, поэтому маг решил, что похвала излишня.
-Ладно няня, папа с мамой пришли домой, – сказал Вернон, обходя волшебницу, когда в коридоре послышался шум. Вернувшиеся хозяева дома принесли с собой недостающий элемент для зелья, которое в итоге не потребовалось, поскольку рана некроманта хоть и не затянулась, но признаки отправления явно исчезли.
-Я у вас много Растишки ем, – усмехнулся некромант, когда они стали разбираться в том, что же произошло. – Вот и иммунитет хороший поэтому.
Он кое-что недоговорил им, поскольку пока сам не понимал, что видел перед тем, как очнулся. Но решил выяснить прежде, чем делать какие-то предположения. У ребят и так хватало проблем, поэтому Вернон решил, что не станет нагружать их лишней (и возможно совершенно бессмысленной) информацией.
Предложив подвести Мелизандру, но получив отказ, мужчина сел в машину и поехал домой. По дороге он позвонил в университет и сказал, что сегодня не сможет приехать из-за плохого самочувствия, но завтра обязательно появиться (хотя и не был уверен в последнем).

http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/53878.png Далее по игре

Отредактировано Вернон (13.03.2018 22:02)

0


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » Утилизированные локации » г. Валенштайн. Район Джернинкс, дом на Гор-Вест [Новый город]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC