http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/50862.css
http://forumfiles.ru/files/0011/93/3d/77625.css

Любовники Смерти: Эпоха Перемен

Объявление

Погода и время:

5-18 сентября 2006 год. + 18 * днем и + 14* ночью. Утром ветрено без осадков. Днем кратковременные дожди, к вечеру небо вновь прояснится.
Подробный прогноз

Новые вакансии уже ждут (19.05.18) тебя!

Обновление в новостях (25.04.18) форума.

Полностью переоформлена история (25.04.18) мира.

Полностью переоформлена география (21.04.18) мира.

Открыта новая акция "Сильные мира сего" (21.04.18) принятие по пробному посту!

Идет набор участников в квест "Никто не выжил" (16.04.18) присоединяйтесь к нам!

Читайте второй выпуск журнала ROLE-BASED life (24.03.18) на любовниках смерти!

Всем активным игрокам и тем, кто желает сохранить свой профиль просьба появиться в теме проверка связи

На форуме произошел скачок на 5-ое сентября 2006 года.
Напоминаю, что 10-ого сентября в мире «любовников смерти» празднуется день проклятых, в связи с которым будут устроены разнообразные мероприятия.
Все изменения в сюжете будут обсуждаться в теме: "игровая активность"


Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Активисты

Админо-модераторский состав


Hogwarts and the Game with the Death= Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP Рейтинг форумов Forum-top.ru Волшебный рейтинг игровых сайтов Green Woods Дом ЗабвенияВ шаге от трона. Псевдоитория, интриги, магия Zentrum Зефир, помощь ролевым src="http://forumfiles.ru/files/0015/e5/72/98755.gif"> Gates of FATE

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » #Настоящее: осень 2006 г » Человек носит ад в самом себе


Человек носит ад в самом себе

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

ЧЕЛОВЕК НОСИТ АД В САМОМ СЕБЕ
▼▼▼
Музыкальное сопровождение

https://cs.pikabu.ru/post_img/2013/07/02/12/1372793674_562982740.gif

Кто: Джейн Вальтер, Герберт Вальтер
Где: Особняк Вальтеров в Валенштайне
Когда: 20 сентября 2006 год

Вернувшись с того света, Джейн не сразу оправилась от того, что с ней произошло. Герберту пришлось прикладывать немало усилий, чтобы вернуть её мыслями на эту грешную землю, хотя и самому ему было далеко нелегко. Она внезапно пропадала, а потом возвращалась, как ни в чем не бывало; молчала, не рассказывая ему, где была, и порой делала вид, что вовсе не слышит. Им обоим было нелегко, и каждый из них страдал, запертый в клетке собственного разума.

Отредактировано Джейн Вальтер (29.04.2018 23:01)

+1

2

Джейн смотрела на свои руки так, будто видела их впервые. Тишину комнаты нарушало её мерное дыхание и тиканье часов, висевших на стене на против. Она подняла взгляд, и обнаружила, что обе стрелки на циферблате смотрят на число двенадцать, которое расплывалось перед глазами, становясь похожей на кляксу.
Последние несколько часов буквально вылетели у неё из головы. Перед мысленным взором мелькали картины, напоминавшие о том месте, откуда она вернулась чуть больше недели назад. Испачканные в сырой грязи и чьей-то крови (определенно не её) пальцы нервно подрагивали.
«Что произошло?» - Джейн не сразу поняла, что этот вопрос прозвучал где-то рядом, а не у неё в голове. Горничная, обнаружившая её в таком состоянии в чайной комнате особняка, побледнела. Она и раньше замечала за хозяйкой странности, но такой видела впервые.
-Принеси мне чай, – посмотрев на неё через плечо, спокойным тоном сказала Джейн.
Горничная попятилась назад, бормоча себе что-то под нос. Через две минуты она уже рассказывала обо всем хозяину дома, которого обнаружила в кабинете на втором этаже.
Джейн не сдвинулась с места. Она сидела в глубоком кресле с белой обивкой, которую теперь мог спасти только хороший отбеливатель, и смотрела прямо перед собой. Бежевое платье с изящным кружевом, также было запачкано. Со светлых волос капала грязь, но создавалось ощущение, будто её совершенно не беспокоят эти неудобства, поскольку мыслями она все равно была где-то далеко от этого места.
Дверь отворилась и в помещение вошел Герберт. Его молодая жена не сразу обратила внимание на его появление. На её привлекательном лице застыла маска равнодушия. Если глаза – это зеркало души, то в ту минуту это зеркало выглядело разбитым, и совершенно пустым.
-Может от демонов мы отличаемся только тем, что наш ад находится здесь? – вернувшись на грешную землю, сказала Джейн, наконец обратив внимание на мужа. Её показалось, что он чем-то обеспокоен, но понять всей глубины его беспокойства она сейчас не могла, поскольку мыслила совершенно в другой плоскости.
-Есть ли прощение для тех, кто грешен? – этот вопрос прозвучал так, словно фрау Вальтер задавала его самой себе, а не любимому мужчине.
Она по-прежнему испытывала к нему глубокую любовь и нежность, но в такие моменты ей казалось, что между ними огромная пропасть. И эту пропасть создал сам дьявол, разверзнув землю под их ногами.
-Иногда мне кажется, что я сойду с ума, – призналась женщина. – А может быть уже сошла.
Она закрыла глаза. Открыв их, Джейн спросила у него, как ни в чем не бывало:
-Мой чай готов? Я просила принести чай. Ты выглядишь усталым. Мне кажется, тебе тоже нужно выпить чай. Он успокаивает нервы. Расскажешь мне, как прошел твой день?
Джейн часто уходила от серьезных разговоров переводя тему на малозначительные вещи, и сейчас не изменила себе. Ей следовало бы принять душ и переодеться, но ноги стали тяжелыми и будто приросли к полу. Она уже начала приходить в себя, однако процесс восстановления нельзя было назвать быстрым. Подобное поведение, да и состояние в целом, лишний раз подтверждало, что она до сих пор не могла оправиться после путешествия в адские чертоги.

+1

3

В тишине кабинета напольные часы оглушительно пробили полночь, но человек, сидевший за письменным столом, даже не повернул голову в их сторону. Он слишком сильно устал за этот беспокойный, наполненный безрезультатными поисками день, и всего лишь на секунду прикрыл глаза, откинувшись на спинку кресла, когда услышал за дверью торопливые шаги.
- Есть какие-то новости? – поспешно задал вопрос мужчина, еще не видя, кто переступил порог, но, к сожалению Герберта, его уединение нарушил не кто-то из телохранителей, а всего лишь горничная. Вид у девушки был такой, словно она только что увидела привидение, и внутренне содрогнувшемуся мужчине пришлось усилием воли отогнать эту непрошенную, но могущую оказаться такой правдивой ассоциацию.
- М-мистер Вальтер, - начала она, судорожно переводя сбившееся дыхание, - миссис Джейн… она там… Она в-вернулась.
Герберт всего мгновение недоверчиво смотрел на служанку, затем вскочил с рабочего кресла и кивком головы велел девушке следовать за собой.
- Почему сообщаете вы, а не охрана? – вопрос был задан только затем, чтобы хоть как-то отогнать пугающие мысли о том, что могло произойти с Джейн. Она вернулась, и это главное, она вернулась…
Когда они спустились на первый этаж, девушка указала Вальтеру на дверь чайной комнаты, но входить вслед за мужчиной не стала, словно опасаясь того, что таилось внутри. Впрочем, в этот момент поведение горничной было последним, что могло бы волновать Герберта. Бывший граф в несколько шагов преодолел помещение и опустился на колени перед креслом, в котором сидела его молодая жена.
- Джейн, что ты такое говоришь? – нервным движением мужчина коснулся кончиками пальцев вначале одной, затем другой скулы девушки. Выражение ее лица и застывший, словно бы пустой взгляд свидетельствовали о шоковом состоянии, но Вальтер, не знакомый с подобными тонкостями, вряд ли сейчас осознавал это.
- Где ты была все это время? Ты понимаешь, что отсутствовала практически целые сутки?
После того, что случилось одиннадцатого числа, в них обоих произошел некий слом, которому вряд ли когда-нибудь суждено будет изгладиться из памяти. Все-таки обычные смертные люди не созданы для контактов с мистической стороной жизни, для этого они слишком хрупки и недолговечны, да и разум их вряд ли способен полностью осознать непоправимые последствия от подобных встреч.
Разум Джейн особенно сильно беспокоил Герберта. Мужчина, в силу своего короткого знакомства с жизнью в 21 веке, не слишком хорошо разбирался в том, что называется душевное здоровье, но даже он не мог не понимать: с девушкой происходили некие болезненные и, возможно, необратимые перемены. Его супруга словно замкнулась внутри себя под гнетом тех воспоминаний, которые она вынесла из пребывания в Преисподней, и не желала возвращаться обратно. Конечно, прошло слишком мало времени, но Вальтер несколько раз пытался донести до жены мысль о том, что ее жизнь продолжает и что ей нужно быть сильной, особенно теперь, после того, как подтвердились опасения относительно судьбы близнецов.
- Принесите ей уже этот чертов чай, - наконец, не выдержав этого странного взгляда молодой женщины, рыкнул на горничную Герберт. – И позовите сюда начальника охраны. Я хочу знать, каким образом миссис Вальтер попала в дом в обход его людей.
После того, как за служанкой захлопнулась дверь, мужчина устало поднес ладони к лицу и с силой сжал себе кончиками пальцев переносицу, в тщетной попытке предотвратить надвигающийся приступ мигрени.
- Ты, правда, хочешь знать, как у меня прошел день? – когда Герберт вновь посмотрел на Джейн, выглядел он так, будто за день состарился лет на десять. Мешки под глазами, тревожная складки морщин на лбу и практически седая голова делали его бледной копией того мужчины, с которым девушка познакомилась несколько месяцев назад. – С учетом того, что моя жена пропала на двадцать четыре часа из дома в неизвестном направлении, и никто не мог сказать мне, где она, мой день прошел очень насыщенно.
В голосе его звучал не гнев, а одна лишь смертельная усталость.
- Прошу тебя, скажи, ты помнишь, что произошло? Болит ли у тебя где-нибудь?

+1

4

В помещение вошла горничная на подносе которой стояло две чашки чая, заварочный чайник и сахарница. Вся посуда была из голубого эросианского фарфора. Её украшала очаровательная лепнина из весенних цветов.
Женщина поставила поднос на журнальный столик и тихо удалилась, краем глаза посмотрев на испачканную обивку кресла и ковер, грязные следы на котором обрываются так, будто хозяйка дома появилась здесь из воздуха.
Прислуга в доме Вальтеров была привычна ко всякого рода странностям, но иногда даже им становилось жутковато от того, что здесь происходило. Никто не смел ничего говорить при мистере Вальтере, но в коридорах и подсобках порой велись оживленные беседы о том, какие перемены произошли в его молодой жене.
-Прости меня, – посмотрев на Герберта, сказала женщина. Она не заметила перемен, которые произошли в его внешности, но почувствовала тревогу в голосе, после чего испытала неодолимое чувство вины из-за своего долгого отсутствия. – Прости меня, – повторила Джейн, и опустилась на колени рядом с мужем. Прильнув губами к его руке, она почувствовала усталость, навалившуюся за две бессонные ночи и провалившийся в памяти день.
Ей стало стыдно и страшно. Единственное, чего теперь боялась Джейн, это потерять Герберта, потерять его доверие и любовь. И поэтому её захлестнули эмоции, которые по крайней мере вернули женскому лицу прежнюю живость, а глазам глубину.
-Не оставляй меня, – говорила она, будто не слыша его вопросов, – я так боюсь тебя потерять, – совершенно не думая о своем внешнем виде, Джейн потянулась к мужу, и начала осыпать поцелуями его лицо.
Несколько минут назад она не помнила себя, и не знала сколько времени прошло с её отсутствия, а теперь же оживилась, и молилась, чтобы Герберт не подумал, будто она сошла с ума, и не питал к ней отвращения или ненависти. Джейн понимала, что нуждается в его поддержки и помощи. И что без него она бы точно лишилась рассудка.
-Я больше никуда не исчезну, –  уверяла она.
Герберту пришлось приложить усилия, чтобы успокоить свою молодую жену. Чай пить они так и не стали. Вместо этого он отвел её в ванную комнату на втором этаже.
Лежа в теплой ванне, наполненной до краев пенкой, Джейн пришла в себя. Вода окончательно привела её в чувства, и она смогла наконец-то дать ответ на поставленный ранее вопрос, который, вполне возможно, звучал не один раз.
-Ничего не помню, – сказала она, посмотрев на Герберта, сидевшего рядом с ванной. – Как будто черный туман застлал глаза, – женщина положила свою голову на бортик рядом с ним и на несколько секунд прикрыла глаза.
Теперь Джейн уже не казалась сумасшедшей. Скорее очень уставшей.
-Мне постоянно сняться кошмары, – призналась она, открыв глаза. – Я пробовала избавиться от них с помощью лекарств, но они не слишком-то помогли, – ей казалось, что сейчас необходимо сказать хоть что-то, чтобы внести ясность в произошедшее. – Не помню уже, когда я в последний раз видела нормальные сны. Но мы не можем воспользоваться услугами менталистов. Никто не должен знать, что я была на том свете, иначе будет много вопросов. Я попробую справиться с этим сама.
Джейн приподняла голову и сложила руки под подбородком. Она посмотрела на Герберта и спросила:
-Ты сильно волновался? – после чего добавила: – извини, глупый вопрос, конечно.  – Её рука потянулась к его руке. Послышался плеск воды. – Нам обоим нужен отдых. Тебе и мне. Ты много работал эту неделю.

+1

5

Боль, пульсирующая в висках, кажется, заполняла собой все сознание Вальтера. Резкие острые импульсы, словно кошачьи когти, терзали уставший мозг мужчины, измученный недосыпом и треволнениями последних дней. Он очень устал, причем больше всего от того, что приходилось все время скрывать усталость.
Вступление в должность протектора Союза Единения, которое еще совсем недавно виделось Герберту триумфом, позволившим бы им с Джейн обрести ресурсы, необходимые для защиты близнецов от посягательств Шабаша, обернулся теперь тягостной обязанностью. К тому же горькая правда заключалась в том, что пока Эллиот был жив, ни Джейн, ни тем более ее новоиспеченный муж не могли претендовать на собственность семьи, поэтому в Союзе бывший граф на данный момент играл лишь незавидную роль местоблюстителя. По сути, они с Картером превратились друг для друга в своеобразных тюремщиков: и если Вальтер на самом деле нес ответственность за заключение своего потомка в стенах психиатрической больницы, то Эллиот был для Герберта тем самым раздражающим ярмом на шее, которое не давало мужчине спокойно строить планы на более-менее долгую перспективу.
Однако этот факт не заставлял Вальтера желать новоприобретенному тестю скорейшей смерти, даже несмотря на то, что именно Картер был непосредственным виновником гибели Джейн и того состояния, в котором девушка находилась все последующие дни после возвращения. А ведь это желание было бы вполне естественным, поскольку даже священное писание утверждало принцип «око за око». Вот только мстить Эллиоту Герберт смысла не видел, потому что тот был всего лишь орудием в чужих руках, которые наверняка не единожды побывали в крови по локоть и даже выше. Вот им бывший граф отомстил бы с превеликим удовольствием, но тут мужчина предпочитал не торопиться, поскольку знал: день их с Джейн мести придет.
- Тебе нужно успокоиться, - он держал в объятиях ее напряженное тело, и та бешеная энергия, которая сменила состояние апатии, в котором только что пребывала девушка, словно электрический ток передавалась самому Вальтеру. – Конечно же, я никогда тебя не брошу, не говори глупости.
«Где она все-таки была?» - эта мысль беспокоила мужчину особенно сильно. Вчера утром он рано вышел из дома, отправляясь по неотложным делам, требующим его личного присутствия. После того, что произошло, Герберт боялся оставлять супругу наедине с теми переживаниями, что заставляли ее бросаться из крайности в крайность. Но, к сожалению, совсем избегать исполнения некоторых обязанностей мужчина не мог, поэтому рискнул покинуть возлюбленную на короткое время. Чем это обернулось, судите сами: в районе девяти утра горничная, которая пришла убирать спальню хозяев дома, видела Джейн одетой для выхода, однако никто из обитателей особняка не видел, чтобы миссис Вальтер покидала особняк. Короткие исчезновения за этот период случались с женой Герберта и раньше, но их как-то удавалось списывать на прогулки по пляжу. В конце концов, девушке было, о чем подумать. Однако сегодня ее отсутствие мало того, что затянулось практически на двадцать четыре часа, так еще и медиум, приглашенный как последнее средство поиска, уверил Вальтера, что его супруга находится настолько далеко, что маг просто не в силах ее обнаружить.
Но теперь она рядом с ним, живая и более-менее здоровая.
- Пойдем, я помогу тебе привести себя в порядок, - тихим, умиротворяющим голосом произнес Герберт, нежно гладя Джейн по испачканным светлым волосам. - После ванны тебе обязательно станет лучше.
Он сам помог девушке раздеться, и только теперь, наблюдая за тем, как на ее бледных щеках появляется намек на румянец, смог облегченно выдохнуть.
- И все-таки меня очень беспокоит тот факт, что никто из охраны не видел, как ты покидала дом. Здесь либо их халатность, либо опять какая-то мистика, - на последнем слове Вальтер слегка запнулся, отчего-то подумав о близнецах. Ведь им и впрямь было неизвестно, что молодые люди могли принести с собой в дом. Тот факт, что их взросление протекало под руководством такой же, как они, магички, только усугубил тревогу мужчины.
- Джейн, - Герберт деликатно коснулся кончиками пальцев скулы девушки, - прошу, не пытайся решить все сама. Не забывай о том, что я поклялся делить с тобой и горе, и радости. Обещаю, вместе мы сможем найти способ, как избавить тебя от этих снов.
Немного помолчав, мужчина добавил:
- Если предположить, что кошмары - это последствие твоего пребывания в Преисподней, то должен быть способ окончательно разорвать связь твоей души с ней. Будь уверена, я его найду, чего бы мне это не стоило.

Отредактировано Герберт Вальтер (13.05.2018 23:56)

+1

6

Джейн не рассказывала мужу о том, каким образом покидает дом. Предмет, который она нашла в верхнем ящике прикроватной тумбочки Джаррада, и с помощью которого получила возможность перемещаться в разные концы света, давал ей в некотором роде потерянное ощущение свободы. После всего, что с ними произошло, Герберт очень волновался за её безопасность, поэтому увеличил охрану, и позаботился о том, чтобы ни одна вшивая собака не проскочила в их дом, теперь напоминавший хорошо укрепленную крепость.
И Джейн была полностью согласна с тем, что это необходимо, однако иногда ей хотелось побыть наедине с собой или даже просто прогуляться по пляжу без сопровождения, чтобы подумать обо всем в полной тишине и без лишних свидетелей. Подобное поведение можно было посчитать капризом, однако после всего, что ей пришлось пережить, не стоило удивляться некоторым странностям. Со временем фрау Вальтер полностью восстановит душевное равновесие, а пока…
Когда Герберт коснулся скулы Джейн кончиками пальцев, она подалась вперед, приластившись к нему, словно кошка. Его прикосновения действовали на неё успокаивающе. Когда он был рядом её обволакивало чувство любви, которую они пронесли сквозь время и пространство. Ей казалось, что нет ничего сильнее тех чувств.
-И горе, и радость, – бархатистым голосом произнесла Джейн, посмотрев на него с невыразимой нежностью; она смотрела на него, как не смотрела ни на одного мужчину в своей жизни. – Ты и так много для меня делаешь, – ей вдруг стало не по себе от того, что она скрыла от него правду, не сказала про старинные часы, способные творить «чудеса».
Джейн была уверена, что если сделает это, то больше не сможет покидать дом с той же легкостью, поэтому несмотря на муки совести, одолевавшие её в эту самую минуту, продолжала молчать. Повисла пауза. Девушка почувствовала, что если она продлиться чуть дольше, то напряжение внутри неё станет невыносимым, и тогда голос совести заставит её рассказать секрет.
Разве правильно, что она молчит? Разве должна она скрывать от него – единственного человека, который любит её такой, какая она есть, – правду? Нет. Но обладание неизвестной вещицей, истинное предназначение которой ей было неизвестно, было так велико, что Джейн не могла сопротивляться ему.
-Мне повезло, что ты у меня есть, – полушепотом произнесла фрау Вальтер, нарушив тишину. Её рука скользнула по открытому участку предплечья мужа. Прикосновения были исполнены теплоты и чуткости, и таили в себе попытку извиниться.
Прежде чем залезть в ванну, Джейн как следует отмыла руки от запекшейся крови (она до сих пор не помнила ничего из того, что с ней произошло, и это её безусловно пугало куда больше, чем сам факт алых пятен на руках), но нескольким каплям, по всей видимости, удалось попасть на выложенный плиткой пол. Заметив их, девушка ощутила тошнотворный ком в горле, сглотнула слюну и отвернула взгляд в сторону.
-Ты не потрешь мне спинку? – на её лице впервые за весь вечер появилась улыбка. Она приподнялась, чтобы перевернуться спиной к мужу, и протянула ему мочалку, на которой уже была мыльная пена.
Когда Герберт принялся за дело, она прикрыла глаза. Получая особое удовольствие от тех моментов, когда пальцы мужчины скользили по коже, Джейн издавала протяжные звуки, похожие на мурлыканье или начинала расхваливать его «у тебя невероятно нежные руки», «такое чувство, будто я попала в рай», «это просто невероятно»…
Если он и пытался заговорить с ней в эти моменты, то она пресекала все попытки подобными нежностями, ласковыми словами, хвалебными одами. Джейн умела ловко уходить от разговора, когда хотела.
Под конец, она облокотилась на спинку ванной и сползла, погрузившись в воду сначала до самого носа, а затем и полностью исчезнув в ней на несколько секунд. Задерживать дыхание на долго ей никогда не удавалось, но в этот раз вынырнуть её заставил испуг. Джейн открыла глаза и увидела сквозь водную кромку размытую тень. Она всколыхнула в памяти забытые образы. Страшные образы.
Вынырнув, девушка вытерла лицо руками, и сделала два глубоких вдоха.
-Не стоило мне так надолго задерживать дыхание, – понимая, что сейчас Герберт будет волноваться по любому пустяку, она поспешила его успокоить.  – Подашь мне полотенце?
Когда они оказались в спальне, Джейн присела за трельяж и нащупав в нижнем ящике расческу, начала приводить себя в порядок. Она так и не поняла, что увидела в ванной, и, признаться, не хотела разбираться в этом в данную минуту.
-Мы бы могли уехать куда-нибудь, – предложила Джейн, хотя прекрасно понимала, что сейчас не лучшее время для путешествий. Сейчас у Герберта наверняка много дел, которые нужно улаживать. – Я хочу от тебя детей, – неожиданно даже для себя, произнесла девушка. – Возможно, сейчас не слишком подходящее время, чтобы думать об этом. Но… – и она вновь повторила те слова: – я хочу от тебя детей.

+1

7

Вальтер прекрасно осознавал, что жена ему врет. Впрочем, нет, сказать так, значило бы преуменьшить актерские способности его драгоценной супруги. Джейн мастерски уходила от ответа, умудряясь при этом не сказать ни единого слова лжи, которую легко можно было бы потом опровергнуть фактами или логическими доводами. Что ж, будь у Герберта настроение, он обязательно бы похлопал возлюбленной за такое, несомненно, полезное качество. Однако на него самого представление, разыгранное фрау Вальтер, увы, если и произвело впечатление, то явно не такое, на которое, вероятно, рассчитывала девушка.
Проблема Джейн заключалась в том, что ее муж был личностью весьма самодостаточной, и таким оружием, как лесть, его пронять было весьма трудно.
- Конечно, любовь моя, - тихий голос мужчины практически не слышен за плеском воды, но тонкий слух мог бы уловить в нем легкую ноту горечи. Герберт, возможно, на свою беду, привык считать свой дом своей крепостью, а в ней, как известно, нет места личным интересам, которые подтачивают конструкцию изнутри. Вынужденно ограничивая свободу своих домочадцев, Вальтер в первую очередь стремился защитить их. Имей Джейн силы сказать ему о своей потребности побыть в одиночестве, он бы понял и принял ее желание, но тот факт, что девушка стремилась ускользнуть тайком, казался мужчине странным капризом. Подобные выходки прежде всего несут опасность для нее самой, как она этого не понимает?
Однако мужчина был готов дать жене шанс исправить сложившуюся ситуацию. После всего произошедшего за последние сутки давить на Джейн Вальтер не собирался. Он никогда не был жестоким человеком и не собирался становиться им теперь, но заставить супругу осознать ошибочность ее взглядов Герберт вполне мог себе позволить.
Мужчина безропотно подал молодой женщине полотенце, затем вместе с ней переместился из ванной комнаты в их общую спальню. Прислуга успела навести там порядок, который устроил бывший граф в безуспешных попытках найти хоть какой-то намек на то, куда могла запропаститься его вторая половина. Он тщательным образом пересмотрел все ее бумаги, сунул нос в ежедневник, почерпнул множество ценной информации о том, на какое число у Джейн назначены прием к стоматологу и совещание с сотрудниками благотворительного центра, но пользы от этого не получил никакой.
Подойдя к окну, чтобы закрыть его, Герберт какое-то время бессмысленно созерцал начавшийся на улице дождь. Ночь была холодная и ветреная, а с моря на Валенштайн надвигался шторм, необычный для этого времени года. Складывалось такое впечатление, что сама природа стремится смыть следы чего-то неправильного, противоестественного.
Чушь! Вальтер раздраженно передернул плечами, волевым усилием заставляя себя вернуться к реальности. Менее подходящего времени, чтобы предаваться отвлеченным размышлениям, чем сейчас, было просто невозможно. Тем более, что, как оказалось, Джейн приготовила ему довольно обескураживающий для текущих обстоятельств сюрприз.
Этот вопрос в их отношениях пока еще активно не поднимался по вполне понятной причине. Последние несколько месяцев их жизни больше напоминали стремительный калейдоскоп, чем размеренную череду событий, когда люди могут себе позволить тщательно взвешивать собственные поступки. А более ответственное решение, чем рождение детей, все-таки трудно себе представить.
- Джейн, я этого тоже очень хочу, - приблизившись в сидевшей у зеркала девушке, Герберт склонился к ней и коснулся губами все еще слегка влажных после приема ванной волос. – И они у нас обязательно будут, поверь мне. Но сейчас, мне кажется, тебе в первую очередь нужно думать о своем здоровье. И раз уж мы не можем обратиться за помощью к менталисту, может быть, стоит подумать над тем, чтобы сходить в церковь? После всего, что случилось, я думаю, это разумно.
Тем более, с некоторых пор у семьи Вальтер в часовне при обители святой Петры имелись неплохие связи.
- И что касается поездки, - ветер на улице усилился и начал нахально трепать шторы в комнате, поэтому мужчине пришлось вернуться к окну, чтобы закрыть его. Пока Герберт расправлялся со створками, белый лист бумаги, лежавший на одной из прикроватных тумбочек, тихо спланировал к ногам Джейн. – Видишь ли, мне намекнули, что есть возможность поднять вопрос о возращении семье графского титула. Однако для этого необходимо провести несколько встреч в Турме с заинтересованными лицами. Естественно, это отличная перспектива, но прежде чем принять окончательное решение, я хотел посоветоваться с тобой.

Если Джейн поднимет лист, она сможет прочесть следующее:

Один поднимался все выше и выше,
Другой повредил крыло.
На одних полях наливались колосья,
На других ничего не росло.
Один умирал, настигнутый пулей,
Другой стрелял из ружья,
Но все мы пили из одного ручья.
И отхлебнув - кто вина, кто зелья,
Кто отца поминая, кто - мать,
Один решает, что время строить,
Другой - что время взрывать.

+1

8

На туалетном столике стояли три небольших флакона духов, палитра с тенями, фотография, сделанная тремя неделями ранее, бесцветный бальзам для губ и небольшая ваза с нежно-розовыми пионами, запах которых напоминал Джейн о доме.
Она знала, что Герберту нравится яблочный аромат, поэтому не случайно промокнула им запястье и шею. Жизнь научила её прибегать к маленьким женским хитростям. И она не гнушалась использовать их в своих интересах. Надо сказать, Джейн довольно быстро сориентировалась.
Она понимала, что рано или поздно муж вновь начнет расспрашивать её о том, каким образом ей удалось покинуть дом в обход ему и многочисленной охране, профессиональная пригодность и компетентность которой находилась под вопросом из-за подобных казусов. Однако самой женщине не было никакого дела до тех людей, что денно и нощно сторожили их покой, и она бы с той же лёгкостью ушла от ответа, если бы знала, что кому-то из них грозит увольнение.
Они с Гербертом любили друг друга, но в последнее время им в жизни не хватало действительно радостных событий, которые бы могли отвлечь от всего того, что с ними произошло, и где-то в глубине души Джейн надеялась, что с рождением общего ребенка, заботы о котором обещают стать хлопотными, но приятными, черная полоса невезения закончится. При этом умом она прекрасно понимала, что им рано думать об этом, и что для начала необходимо разобраться со всеми накопившимися проблемами, однако ей хотелось хотя бы поговорить с ним о такой возможности.
На их плечах уже лежала родительская ответственность. Через две двери от их спальни находилась комната девочки, заботы о воспитание которой они взяли на себя. И Джейн следовало бы уделять ей больше внимания, а не исчезать неизвестно куда. Однако побороть собственное «хочу» на поверке оказалось сложнее.
Иногда к ней в голову лезли неприятные мысли: «хорошая ли я мать?», «достойна ли я любви?», «или может я ничего этого не заслуживаю?». Они, как правило, портили ей настроение, и «будили» тьму, которая начинала сгущаться и вибрировать, словно стая мелких мушек. Молчаливая, опасная, пугающая. Но с недавних пор что-то изменилось. Джейн чувствовала это, хотя не могла сказать откуда взялась эта уверенность.
-Ты прав, –  сказала фрау Вальтер, когда супруг отошел к окну. В комнате стало свежо, и это окончательно вернуло ей ощущение реальности происходящего. Она наконец-то была дома, и рядом с ней был мужчина, которого она любит. Только это имело сейчас хоть какое-то значение, и больше ничего. – Я позвоню доктору Майлзу и попрошу принять меня на днях, – так звали семейного терапевта.
Джейн достала из выдвижного ящичка тюбик с кремом для рук, выдавила немного на тыльную сторону ладони и начала массировать их, размышляя над предложением мужа съездить в церковь.
-У меня есть духовник, дорогой, – наконец сказала она. – Если ты не возражаешь, я бы обратилась к нему, – честно говоря, после всего, что ей пришлось пережить, Джейн не хотела возвращаться в ту часовеньку, где они венчались. Это было выше её сил.
Когда Герберт заговорил о том, что ему намекнули на возможность вернуть титул, женщина заметно оживилась.
-Что ж, графина Вальтер звучит весьма неплохо, – на её лице появилась довольная улыбка, которая свидетельствовала о том, что она была бы совсем не прочь получить к своему имени приставку «Ваше Сиятельство». – Я считаю, что ты должен принять приглашение. Это хорошая возможность, дорогой.
Джейн не сразу обратила внимание на бумагу, спикировавшую к ногам. Однако, заметив её, подняла и положила на край стола, даже не заглянув в содержимое. Сил у неё хватило бы только на то, чтобы нырнуть под одеяло и, закрыв глаза, уснуть крепким безмятежным сном.
Поднявшись, Джейн подошла к мужу, и обняв его, прильнула щекой к его спине.
-А сейчас пойдем спать, – предложила она. – Будет новый день, будут новые мысли. Ты должен отдохнуть, – массируя пальцами предплечья мужчины, Джейн казалось, что она чувствует его напряжение.
Когда они стояли рядом, на языке у нее вертелась просьба, однако озвучить её Джейн так и не решилась. Она чувствовала, что сейчас неподходящий момент, чтобы говорить об этом. День для них обоих выдался непростым, и если ту часть, где остались мертвые тела ведьм и колдунов она успешно выкинула из головы, то вот послевкусие от посещения психиатрической лечебницы осталось. Джейн по-прежнему хотела повидаться с отцом, поскольку чувствовала в этом необходимость. Ей казалось, что поговорив с ним, она сможет поставить точку. Но говорить с Гербертом об этом после трюка с исчезновением было бы неправильно.
Джейн решила, что перед тем, как что-то просить у мужа, ей следует исправить свою оплошность. Она должна умаслить его. Однако полюбившийся метод «через постель» здесь вряд ли бы помог, хотя он и казался ей более соблазнительным, чем, например, вариант с тем, чтобы рассказать ему правду о том, как она покидает дом. Во-первых, у Джейн были опасения, что Герберт осудит её за использование артефакта, и она будет чувствовать себя даже хуже, чем сейчас, а во-вторых, она боялась, что он потребует отдать его, чего бы ей пока не хотелось делать.
Нет, Джейн требовалось как следует подумать обо всем. Она не хотела врать Герберту, и не хотела, чтобы между ними была недосказанность, но даже выливать на него правду вот так было бы глупо. Требовалась определенная деликатность, чтобы представить все в лучшем свете. Ей требовалось время.
Оказавшись в кровати, Джейн почувствовала какое-то облегчение. Её приятно клонило в сон, но она еще могла поддержать разговор.
-Какие планы на завтра? – прильнув к плечу Герберта, спросила Джейн. От него исходило домашнее тепло, и ей вдруг захотелось, чтобы он по-отечески приобнял её.

+1


Вы здесь » Любовники Смерти: Эпоха Перемен » #Настоящее: осень 2006 г » Человек носит ад в самом себе


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC